Maksim (rousseau) wrote,
Maksim
rousseau

Дьяконов Норвегия

Будет какое-то количество выписок из воспоминаний И. М. Дьяконова. Начнем с Норвегии, где он жил в детстве

Русский был в Норвегии явление невиданное. Сколько раз где-нибудь в сквере, пораженные нашими темными глазами и волосами, норвежские мамаши спрашивали нас о нашей национальности, перебирая вес возможные, вплоть до абиссинской. Но русские! Это был народ непредсказуем и полудикий, особенно советские русские - большевики. От них можно было всего ожидать. Помню, как папа консультировал норвежского режиссера, ставившего <Власть тьмы>, причем оказалось, что старика, лежащего на печи, предполагалось посадить на
круглую, узенькую норвежскую чугунную угольную печку, а для того, чтобы острый венец, который составлял ее верх, не впивался ему в сиденье, намеревались положить сверху гладильную доску. Зачем бы старику забираться в такую неудобную позицию? Но это не смущало режиссера: русская душа, чего она не выкинет!

Еще одной достопримичатльностью Осло был король. Самый высокий человек в Осло, похожий на ходячий газовый фонарь с перекладиной-усами, он чинно дефилировал по улицам в пиджаке и котелке, прогуливая королевиных левреток...
В мое время у короля Хокона было всего две кареты (для торжественных случаев; из новержцев он единственный еще ездил в карете) и один автомобиль. Из особых привилегий у него была, кажется, только одна - бесплатный проезд в трамвае (эта привилегия не распространялась на кронпринца). Но чаще он ходил пешком, а зимой нередко уходил за город бегать на лыжах. Родом датчанин, но теперь - первый из норвежцев, король давно превзошел лыжную науку. Как-то раз, гуляя зимой в Нурмаркском лесу, за Холменколленом, мы услышали с поперечной лыжни крик: <Хал-вэй! Хал-вэй!> (<Дай лыжню! Дай лыжню!>) Мы посторонились, и через тропку на полном ходу пролетели три лыжника. Это были король Хокон, кронпринц Улав и королева Мод. Больше никого не было во всем лесу.

Соседи были до крайности шокированы тем, что папа, - а он уже даже не <герр диспонент>, а прямо <герр директёр>, - ходит в кепке, да еще, того и гляди, высунувшись в одной рубашке из окошка, кричит на двор, зовя маминого крестника: <Юра! Кушать!>, что по-норвежски, к нашему ликованию, значит <вымя! коровье дерьмо!>.

На столе у папы лежали норвежские консервативные газеты и эмигрантский <Руль> - впрочем, не потому, что он придерживался взглядов этих газет: просто норвежская почта не поставляла <Известий> и <Правды>. А то, что печаталось в <Руле>, вызывало иногда печально-ироническое замечание о потерявших родину и родной язык, а иногда сочувственный и немножко
снисходительный смех, - например, забавный фельетон, описывавший жизнь в большевисткой Москве: безлюдье, тишина, снег, снег, заваливший толстым слоем улицы и площади; фельетон кончался словами: <... И никого. Только Клара Цеткин в новых калошах бредет из Центробумтреста в Главконфетку>.

Приблизительно в это время Миша рассказал мне санскритскую сказочку, прочитанную им на занятиях в университете (с Моргенстьерне): <Жили-были четыре брахмана, из которых трос было ученых, а один умный. Первые трое решили итти ко двору раджи, чтобы показать свою ученость, а четвертый сказал:
- Погодите, и я пойду с вами.
По дороге они набрели на скелет льва и решили испытать свою ученость:
- Я одену эти кости мясом, - сказал один.
- Я одену это мясо шкурой, - сказал другой.
- Я вдуну в его ноздри живую жизнь, - сказал третий.
- Подождите, я только заберусь на дерево, - сказал четвертый.
Первый брахман одел кости льва мясом, второй одел это мясо шкурой, третий вдунул в ноздри льва живую жизнь. Лев встал и съел всех трех брахманов и
ушел своей дорогой. Тогда четвертый спустился с дерева и, оплакав своих товарищей, двинулся далее по своему пути ко двору раджи>.

температуру воздуха переводили из Цельсия на Реомюр. (Маленьким я вместо <целесообразно> говорил <цельсиеобразно>, понимая это выражение так, что шкала Цельсия - образец осмысленного изобретения, лучше шкалы Реомюра).
Tags: historia, memorias
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments