Maksim (rousseau) wrote,
Maksim
rousseau

сибирские слова

Продолжение темы. Теперь о заимствованиях из языков Сибири в русские диалекты. Публиковалось в журнале "Столичное образование"

Мы уже рассказывали о русских словах,которые были заимствованы в различные языки народов Сибири и Дальнего Востока. Однако при освоении русскими этих территорий происходил и обратный процесс. Слова из тюркских, уральских, палеоазиатских, тунгусо-маньчжурских и других языков проникали в речь русских поселенцев. Особенно много их в говорах тех групп русского населения, которые проникли за Урал раньше и за столетия успели подвергнуться сильному влиянию коренного населения. Большинство этих заимствований неизвестно за пределами говоров, в которые они проникли, но история этих слов всё-таки может показаться интересной.
Когда мы рассматривали слова, пришедшие в языки Сибири из русского, мы многократно обращались к словарю русских заимствований, составленному замечательным ученым Александром Евгеньевичем Аникиным. В этот раз нам поможет другой фундаментальный труд этого ученого "Этимологический словарь русских диалектов Сибири", где прослеживается происхождение множества сибирских слов.
Слово абыз в томских и кемеровских говорах означало 'сердитый человек', в тобольских - 'человек, который любит много разговаривать'. Откуда пришло это слово? Если мы обратимся к старорусским текстам XV - XVII веков, то увидим, что в них слово абызъ обозначает муллу, мусульманского священнослужителя. Такое значение обнаруживается у этого слова и в некоторых говорах в XX веке. Исследователи считают, что слово абыз возникло из тюркского словосочетания aba-bys 'отец наш', а, возможно, также подвершлось влиянию чувашского слова abǝs (из арабского hāfiz 'знающий Коран наизусть'). Интересно, что в алтайском языке, относящимся к тюркском группе, слово abys стало обозначать русского священника.
В русских говорах Бурятии зафиксирован глагол бадярить 'просить милостыню, попрошайничать'. Он пришел к русским из лексики бурятского языка, связанной с буддизмом, и имеет далекие корни. Бурятские слова бадар 'подаяние, подношение, милостыня' и бадаршан 'странствующий буддийский монах, живущий подаяньем' восходят к древнетюркскому batïr 'чаша для подаяния у буддийского монаха'. Буддизм был распространенной религией в ранних тюркских государствах. К древним тюркам это слово пришло через согдийский язык (иранская группа), существовавший в Средней Азии в VIII - IX веке. А в согдийский оно попало из санскрита, где было слово pātra 'сосуд (для питья)'.
Не только в сибирских, но и в архангельских говорах зафиксировано слово гирвас 'самец северного оленя, оставленный в стаде для приплода'. При описании быта народов Севера оно используется и в литературном русском языке. Происходит это слово из финского hirvas 'олень-самец'. В финском оно является заимствованием из балтийских языков (балт. *širvas, например, прусское sirwis 'серна, косуля').
Другое слово, ставшее известным за пределами Сибири - тойон. Так называли выборного старосту якутского поселения или представителя якутской знати, "якутского князя". В якутский это слово попало из монгольского, где слово toin обозначало высокопоставленного буддийского монаха, ламу. Монгольское toin происходит из древнетюркского tojïn, tojun 'буддийский монах', а древнетюркское слово, в свою очередь, из китайского dâu-ńin 'святой, бессмертный; отшельник, маг; монах'.
Коралловые бусы во многих говорах называли маржаны или марьяны. Это слово тоже долго путешествовало по языка. В русские диалекты оно попало из тюркских (напр. казахское maržan 'жемчуг'), в тюркские - из арабского meržān 'жемчуг', в арабский - из арамейского mārganīþā, а в него - из греческого margarítēs 'жемчуг'.
Диалектный глагол залаверить или заалаверить имел значения 'завлечь', 'заиметь', 'нанять работника'. Его происхождение связывают с тюркской конструкцией из глаголов al- 'брать, взять; купить' и ber- (ver-) 'давать'. Буквально ala ber означает 'беря дай', это словосочетание дало обозначение торговли в некоторых тюркских языках: турецкое alïš väriš, азербайджанское alïš veriš. С ним связывают и возникновение конструкции давай бери, употреблявшейся русскими при торговых контактах с тюркскими народами.
В XIX - начале XX века у русского населения Колымы сложилась классификация рыбы. Самые ценные ее виды назывались бела рыба (нельма, муксун, омуль, чир, окунь, пелядь), далее шла красна рыба (это лососевые с мясом красного цвета, название красная рыба есть теперь и в литературном русском языке) и, наконец, черна рыба (щука, осетр, налим, хариус, ленок). Была сходная классификация и у якутов. У них тоже было выражение ürüŋ balyk 'белая рыба' для обозначения нельмы (тут, возможно, повлиял русский язык), а вообще же рыба делилась на nūčča balyga 'русская рыба' и saxa balyga 'якутская рыба'. Русской рыбой называли те виды, которые не остаются на зиму в реках и мигрируют в море, якутской же - ту, которая зимовала в местных реках.
В Иркутской области и Забайкалье было слово отхон (отхончик, отхонка), означавшее младшего ребенка в семье. Как и многие слова русских говоров Прибайкалья оно пришло из бурятского языка. В бурятском одхон означает 'младший', одхон хүбүүн 'младший сын'. Слово odxan (odxon) есть и в монгольском языке. Предполагают, что в монгольском это заимствование из тюркских языков, возникшее из слов ōd 'огонь' и xan 'хан, владыка'. Так могли называть младшего сына, потому что он хранит очаг и наследует отцовский удел. Однако некоторые исследователи считают, что это так называемая "народная этимология", основанная на случайном созвучии, и что на самом деле связи этого монгольского слова с тюркским нет.
Где-то на Дальнем Востоке диалектологи записали рассказ: "У старых промысловиков пословица была: царь лесных зверей амба, а царь лесных растений панцуй". В этой пословице два заимствованных слова. Амба в значении 'тигр' может быть знакомо нам по книгам В. К. Арсеньева о путешествиях по Уссурийскому краю. На самом деле в тунгусо-маньчжурских языках (например, в нанайском или ульчском) 'тигр' не основное значение слова амба. Чаще оно обозначает злого духа. В маньчжурском амба это просто 'великий, большой, огромный'. Производным словом амбан маньчжуры называли монгольского губернатора, других важных чиновников или генералов. Царь лесных растений панцуй - это женьшень. Данное слово связано с нанайскими словами баŋцу 'корень женьшеня' и фаŋсала- 'искать женьшень'. Судя по всему, искать истоки этого слова нужно в китайском, но соответствующее китайское слово пока не найдено.
Есть слова, возникшие в русских диалектах Сибири, а затем попавшие и в литературный язык. Одно из них - панты 'молодые рога марала, из которых добывают ценное сырье для лекарств'. Источник этого слова - языки тунгусо-маньчжурской группы. Например, в эвенкийском панты называются пэнту, а маньчжурском - фунту.
Иногда можно ошибочно принять заимствованное слово за давно известное. В документе 1708 года, написаном в Иркутске, читаем: А из Китайского государства вывез он 30 тюней самца. Здесь слово самец означает сорт ткани. Происходит оно от маньчжурского самсу 'светло-голубая тонкая ткань', восходящего к китайскому sānsō?ubù 'тонкий холст'.
Tags: opus
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments